Текст: Светлана Соболева Фото: из архива Игоря Балуты
Встреча с губернатором Харьковской области была организована неожиданно легко – ровно несколько часов прошло от запроса до звонка помощницы: можете приезжать. В приемной Игоря Мироновича немноголюдно, лишь несколько помощников сосредоточенно смотрят в гаджеты. Но сам он – оптимистичен и даже весел.
– Скоро выборы. Многие говорят, что вы человек Авакова, у вас, как у любого губернатора, серьезный админресурс в области. Будет ли он использоваться для поддержки команды Яценюка?
– Вы слышали жалобы от наших кандидатов, что мы используем админресурс? Да, мы используем его, но не в поддержку господина Яценюка или другой команды, а чтобы пресекать «гречкосіїв», порядком поднадоевших как во всей Украине, так и в Харькове.

– Если бы мне кто-то жаловался конкретнее, я бы конкретнее задала вопрос. Есть же политическая логика, когда, например, Иванов – человек Сидорова, Сидоров – человек Петрова и т. д. В таких случаях всегда под-держивают команду, что естественно.
– Непонятно вообще… Я пытаюсь ответить на ваш вопрос.
– Вы хотите сказать, что будете поддерживать команду Петра Порошенко?
– Что значит поддерживать? Я вообще говорю, я отвечаю на ваш вопрос.
– То есть вы вне политики – я пытаюсь понять ваш ответ…
– Да, как гражданин я симпатизирую определенным политическим силам.
– А каким силам?
– Конечно, Президенту. И я считаю, что сейчас позиция Президента наиболее оптимальна и то, что он предлагает нации, это совершенно правильный формат.
– Я общалась здесь со многими людьми, и у меня сложилось представление о настроениях в Харькове – они очень разные. У кого-то откровенно пророссийские настроения, кто-то поддерживает Украину. И я знаю, что многие пожилые люди недовольны тем, что снесли памятник Ленину. Арсен Борисович был сторонником его сноса. А вы?
– Я бы не сносил, а демонтировал. Как я написал в своем распоряжении.
Здесь есть сторона, которую занял Геннадий Адольфович Кернес, городской голова, для которого памятник Ленина… Он, конечно, не прокоммунистический лидер, тем более, когда Компартия…
– …вот мне, извините, что перебиваю, Геннадий Адольфович меньше всего представляется человеком, который всю жизнь провел с партбилетом в нагрудном кармане. Почему он тогда с таким трепетом отнесся к происходящему?
– Это электоральное поле, это поддержка. Тот, для кого лавочка, для того и памятник.
– Коль уж мы заговорили о пламенном большевике Геннадии Адольфовиче… Как вы строите свои отношения с городской властью, которую олицетворяет Кернес не только по должности, но и по влиятельности в Харькове? Насколько вам легко или тяжело сосуществовать?
– Мне легко, я вообще не вижу никаких проблем взаимодействия. Мэр – это человек, который должен обеспечивать коммунальный рай нашим горожанам.
– А губернатор какой рай обеспечивает?
– А это уже другая ситуация. Это уже государственная… и надзор, и финансовая сторона, и много другой работы, которая осуществляется… Я нисколько не хочу преуменьшить работу, которую делает мэр. Здесь несколько другая ситуация. После 16 марта было понятно, что…
– …то есть у вас полные взаимопомощь и понимание. Я не имею в виду какие-то «терки», я имею в виду деловые контакты.
– Это очень многогранный вопрос, потому что он делится на этапы. Одни отношения были до выстрела, другие после.
– А как они поменялись?
– До выстрела, с 1 по 16 марта – одни отношения, с 16-го по выстрел – другие.
– Когда лучше стали?
– С 16 марта они лучше стали. Мы сели, пообщались, нашли определенные взаимопонимание и уровень взаимодействия.
– То есть мэр стал сговорчивее?
– Перестал финансировать и, скажем так, лояльно относиться к сепаратистским силам. И это меня вполне устраивало.
– Кстати, организация «Оплот», как известно, является в городе средоточием этих самых сепаратистских сил. Насколько сейчас активно ведет себя Жилин? Он вообще здесь?
– Нет.
– На Востоке или в России?
– Мне это малоинтересно.
– Но харьковские спецслужбы – они же что-то говорят?
– Его здесь нет, но дело его живет, естественно (улыбается).
– То есть без него все эти члены….
– …многие члены уехали и занимаются своими делами на Востоке, но есть люди, которые находятся и здесь.
– Может ли Кернес в его нынешнем физическом и моральном состоянии исполнять обязанности мэра города?
– С точки зрения законодательства – да, но по факту – его команда довольно эффективна. Я не вижу больших проблем в работе городских служб. Самому Геннадию Адольфовичу – видел его на совещании у Президента, – я считаю, ему нужно заниматься собой. Тем не менее он находится в здравом рассудке. Ему непросто.
– Когда начальник МВД в Харькове приступал к своим обязанностям, он был подполковником. Сейчас он стал генералом – через два месяца. Как вы можете объяснить столь быстрый рост?
– Это человек, который вместе с нами удержал здесь украинскую власть, а не Кернес. Его заслуга в том, что он прекратил сотрудничество с теми деструктивными силами, которые все разрушали.
– Как вы считаете, правильно ли, что губернаторы у нас назначаются, а не выбираются?
– Сейчас несколько изменилась ситуация. У нынешнего Президента нет таких прав, как у Януковича. Потому что все равно идет согласование с Кабинетом министров. Решение принимают Яценюк и Порошенко.
Но все идет к тому, что 65–70% функций главы администрации в скором времени перейдет к областному совету.
– Вы сами как чувствуете, Харьков – это украинский город?
– Сто процентов. Была социология мартовская, согласно которой практически 13% хотели жесткого федералистического устройства; 8% хотели жить в Российской Федерации. Количество людей, которые выходили сюда штурмовать, было сравнимо с Донецком и Луганском. А сейчас число радикалов уменьшается. Я очень доволен изменениями, которые прошли в Службе безопасности Харьковской области. Как руководителем, так и замом.
– Что говорят, агентурная сеть уменьшаются? Здесь ведь была очень разветвленная сеть, создававшаяся годами.
– Мы работаем с ними постоянно. Было такое, что я не мог опираться на Службу и мне пришлось создавать свою. Отдельная сеть, которая и сейчас успешна.
– Был за это время момент, когда вам было страшно? В Харькове?
– При АТО было страшно.
– А здесь, в городе? Какой-то форс-мажор?
– Был. Я подхожу к стеклу – в меня откровенно стреляют. Здесь были пулевые отверстия, когда штурм проводили.
– Не боевыми же стреляли?
– Металлическими шарами.
– Какая у вас охрана? Сколько человек?
Личных два. Вы их видите, они сидят в приемной. В опасные моменты их больше.
– Интересен ли для вас губернаторский опыт? Увлекательный?
– Да. Он развивает кругозор.
№11 (130) 2014

- Google+
- VKontakte
№11 2014