Статьи

СГ03 (30 октября 2003г.)

Ты помнишь, как все начиналось?
«Приезжайте в Днепропетровск – побегаем, побегаем, побегаем.» Такой фразой закончил свой рассказ о житомирских неудачах капитан команды Казаки-Крокус. И не только их одолевали реваншистские настроения – неожиданные результаты Житомирского Экстрим Марафона заставили многие команды размахивать трусами после финиша. На Самарские Гонки в 2003 году было подано втрое больше заявок по сравнению с 2002 годом. В том числе половина команд из других городов.
«Вечная молодость» также хотела не опозориться на своих «домашних» гонках. Подобралась неплохая команда – Георгий Микулин (капитан), Олег Ивченко (на все руки мастер), Сергей Сокур (ориентировщик), Андрей Осауленко (лазательно-веревочные этапы). И мы сделали то, чего не удавалось сделать уже давно – мы тренировались! Дважды в темноте, под дождем мы встречались, рассматривали веревку и затем пытались повалить с ее помощью два каких-нибудь дерева. И результаты не замедлили сказаться – мы обрели веру в деревья, в дождь, и главное – в себя.

Самарские Гонки 2003
На старт, внимание…
23 октября, в ночь перед стартом «Вечная молодость» приехала к месту старта в сырой самарский лес и крутизны ради, на время гонок сняла домик.
00.00 команда готова к старту – но вместо старта утомительная проверка судьями всего снаряжения: «А эта самодельная система имеет сертификат UIAA? Нет? А карабин че такой попиленный? А, рабочий… А это что за мочалка? Ах, основная веревка… Ну хоть каски у вас не строительные? А, вообще нет касок? С топором поосторожнее! Ну, что ж, снаряжение соответствует команде, команда допущена».
Судья неспешно проверял на соответствие ему одному известным нормам очередные топоры и плавсредства, полночь превращалась в ночь глухую, стрелка термометра уходила от ноля все ниже, никопольские команды открыли первую флягу спирта. Намеков на скорый старт не было. Уйти в домик – прозевать старт, достать бивачное снаряжение – тоже не выход при старте по системе «тревога». Побросали на землю коврики и улеглись на них вперемешку с дружественной командой Авангард, укрывшись, опять же, ковриком. Я попал с краю этого живого бутерброда из восьми человек и наружными частями тела очень мерз. Зато с внутренней стороны мне попалась Соня. Мягкая, теплая, но короткая. Так что ноги тоже мерзли.
Мучения продолжались до четырех утра. У Никополя как раз закончился спирт, и кто-то из них произнес: «А теперь пора спать…» Я напрягся, и тут же Мартынюк дурным голосом проорал свое любимое слово.

Марш!
- Тревога! Капитанам команд получить карты.
Команды, получив карты, стремились сразу же отбежать от судейского костра, чтобы никто не сел на хвост. Никопольцы бегали вокруг костра, выясняя, когда же, наконец старт и к чему эта вся суматоха? Наш ориентировщик рассматривал карту, не отходя от дармового света.
Первое КП – чисто ориентировщицкое – оказалось в получасе ходьбы от старта и в стороне от рыщущих команд. Испачкав первую строку в протоколе грязью (карандаша под рукой не оказалось) побежали дальше. Второе КП – прыжки через овраг с шестом. Первым перепрыгнул Сокур, потом Дюша чуть-чуть не долетел до противоположного берега, потом он поймал меня на краю за шкирку, и, наконец, Ивченко упал на дно оврага (5 м) головой вниз. Этап пройден, и мы движемся дальше, замечая, что выигрываем у остальных команд больше часа! Без особого труда берем еще одно ориентировщицкое КП, и перед рассветом мы выходим к КП «Навесная переправа». Выбираем самое удобное дерево, и тут, к немалому нашему удивлению, из предрассветных сумерек прибегает следующая команда!

Гена
Мы готовим веревки и лодочку – один, в нашем случае – я, должен перегрести метров 30 на другой берег и закрепить веревку, остальные переправятся по натянутой ими навесной переправе. Между тем, преследователи сходу обосновались около чахлого деревца, и их капитан истошно кричит: «Гена, ну! Давай, же Гена!» Гена раздевается догола, обвязывается веревкой и прыгает в реку раньше, чем его напарник успевает ее разбухтовать. Посреди реки его стремительное продвижение было остановлено запутавшейся веревкой. Гена машет руками как колесный пароход и гудит, иногда доставая голову из воды: «Ну!», двое пытаются распутать натянутую веревку, а четвертый бегает по берегу и кричит: «Гена, остановись, ты их сейчас в воду стянешь, Гена, стой!». Наконец, веревка распутана и он стремглав вылетает на тот берег. Синий. Кричит что-то нехорошее на этот берег. Наверное, что конец октября не лучшее время для купания.
За это время мы успели подготовиться к форсированию реки: ребята аккуратно разложили веревку, чтоб не запуталась, я надул лодочку и, сняв с себя половину одежды, положил ее в гермомешок. На всякий случай. Течение довольно сильно сносит меня вниз, до противоположного берега остается метров пять, но веревка, растянутая по диагонали, закончилась и не пускает меня вперед. Я выпрыгиваю из лодки в надежде достать до дна, и ухожу под воду с головой – берег оказался очень крутым. Всеми силами рвусь к заветному берегу и, наконец, мне это удается! Бросив все на берегу, бегу к дереву закрепить веревку. Лишь бы хватило! Но веревки в избытке, и они выдают мне еще и еще. Так она не кончилась! Она у них тоже запуталась! Кричу что-то нехорошее на тот берег. Конец октября однозначно не лучшее время для купания.
Пока команды натягивают переправы, надеваю сухие вещи из гермомешка. Синий Гена приседает рядом. Выясняю у него, что они те самые Казаки, грозившиеся порвать всех, и что сюда они бежали от самого старта. Активность на реке, между тем, бурная – переправы натянуты, и участники уже переправляются, еще одна команда (Экс) уже отправила на наш берег свою девочку в лодочке, Гена орет, чтоб ему привезли вещи. Девочка не может догрести до нашего берега метров пять (может веревка запуталась?) и мы с Геной, открыв рты, смотрим, что же будет. А она ничего, кричит своим, чтобы те выбрали ее обратно - конец октября не лучшее время для купания. Переправившийся казак не привез Гене одежду, и он продолжает приседать. Их переправа, натянутая на скорую руку, сильно провисает, и они ее перетягивают еще раз. Наконец, переправляется третий казак и привозит Гене одежду. Они перетягивают переправу еще раз, Гена судорожно надевает трусы, и вдруг оставшийся на том берегу капитан Казаков кричит, что он упустил страховку – нужно передать ему ее с нашего берега. Использовать натянутую переправу, по его мнению, долго: «Гена, тебе ж уже все равно, плыви сюда и тащи страховку. Гена, ну давай!». И Гена дает. Вплавь туда и обратно, обогнав при этом эксовскую лодку. Вот и капитан их переправился, перила сдернули и убежали, находу бухтуя веревку и одевая Гену. Про себя я ухмыляюсь: сколько ж времени они потеряли в этой суматохе! Вот мы времени на глупостях не теряли, делали все методически верно. И до сих пор делаем – заканчиваем переправу. Странно как-то все получается. Наконец и мы сдернули переправу и пошли дальше, Эксы успели натянуть свою, оставшись сухими.

Догонялки
Ориентировщицкие КП чередовались техническими этапами – преодолеванием различных канав, промоин, Самары. Бесконечная череда лесов, болот, проселков, оврагов, маятников, паромов, переправ. А между ними – ножками, ножками. Перекус был только один раз, утром. С большим опережением впереди двигалась четверка лидеров – Казаки, Вечная молодость, Команда Экс, Первак-Тревл. Больше десяти часов идет гонка, а разрыв между командами – лидерами всего несколько минут. Нас обогнали Эксы, часа через полтора они сели перекусить, а мы, сглотнув слюну, протопали мимо; на линейном ориентировании обогнали заблукавших Казаков. Но лидерство иллюзорное – только мы подходим к очередному техническому этапу, с разных сторон из кустов, как тараканы, появляются преследователи. Физическая и моральная усталость очень велика. Трудно все время убегать – нельзя остановиться, передохнуть, обдумать свои действия. Великолепная работа нашего ориентировщика позволяет нам держаться впереди, хотя технические этапы мы проходим медленнее конкурентов. Двигаемся мы шагом – не прогулочным, но уже и не в быстром темпе. Конкуренты выглядят весьма свежо (ну откуда столько силы?), Казаки же вообще не ходят, а бегают.
Начало темнеть, подошли к этапу – преодоление канавы (ширина 5 м), залитой вонючей жижей. От преследователей вроде оторвались. Бегаем вдоль канавы, размышляя, что можно через нее перекинуть. Тут на краю опушки, как обычно с разных сторон, появляются две команды. Нами овладевает паника. Легкие Ивчик с Сокуром перебираются на другой берег по двум гнилым деревьям, упавшим в канаву. Я понимаю, что меня и Дюшу деревца не выдержат, но думать некогда и я, выпучив глаза, не снимая рюкзака, решаю рискнуть.
Канава оказалась довольно глубокой – мне выше груди. Я рухнул туда, сломав гнилые деревца. Вылез на другой берег, стою, обтекаю. Машем Дюше, чтоб он тоже шел к нам. Но он молча смотрит на нас, и не движется.
Прибежали Перваки и Эксы, довольно быстро свалили какое-то дерево, добавили веток, и на эту сторону. По их мостику перешел и Дюша. Конкуренты довольно быстро убегают вперед, мы плетемся следом.
Я мерзну, ноги отяжелели и еле передвигаются. Все мысли о костре. Тем более, что и стемнело уже, не мешало бы отдохнуть. Но забрав у Ивчика кепку-ушанку пытаюсь ею согреться, и не отставать от своих. Через час движения одежда обтекла и обсохла, а ноги мокрые с утра. Так и не остановившись, в темноте подходим на КП «Озеро».

Озеро
Часов десять вечера – т. е. работаем без отдыха 18 часов. (Напоминаю: рабочий день обыкновенного человека 8 часов.)
Команда подошла к озеру весьма уставшая, каждый задумался, кому же грести к компостеру. КП с компостером находилось где-то в северной части озерка. Я подумал, что если грести мне, то я нет. С неба срывался мелкий дождик, перемежаясь снежком. Все вещи, которые я смог собой высушить, были на мне, и я мерз. Глаза слипались, ноги подкашивались, голова отключалась. Но я понимал, что остальные члены команды не лучше. И тут Ивчик произнес незабвенную фразу: «Ну что, наверно, я погребу?» Троекратное «Да!» было ему ответом.
Мы поставили тент, под тентом постелили коврики, поставили горелочку. Я подготовил Ивчику лодочку и уселся у горелки, разливая по мискам чай и мивину. Наконец, Ивчик вздохнул в последний раз и отправился в плавание.
Мы погрузились в полусон – полузабытье, пытаясь втроем укрыться чьей-то болоньевой ветровкой. Я понимал, что Ивчика нет слишком долго, но выйти на улицу и глянуть на озеро сил не было.
Сесть в лодку, не набрав в нее минимум полведра воды, в принципе не возможно. От дождя со снегом в лодочке можно было прикрыться надувными стенками с капюшоном. Но реально, сухим в ней остаться было невозможно. Так что круиз в ней развлекательным никак не назовешь.
Когда Ивчик через час, мокрый зашел в палатку, и сказал, что КП не нашел, настроение у всех упало. Новых добровольцев не появилось, его напоили горячим чаем, и опять оттолкнули от берега.
Между тем, к озеру подошли отдохнувшие где-то Эксы и Перваки. Не могу с точностью описать события, но Ивчик продолжал прочесывать северные островки, конкуренты нашли КП где-то в северной части озера, а мы, в коматозном состоянии, не могли себя заставить даже пойти посмотреть, где же они плавали. Конкуренты ушли дальше, Ивчик опять приплыл ни с чем.
Отчаяние овладело нами, мы решили не брать КП, сняли лагерь, скатали лодочку. С мыслями о призовом месте нехотя пришлось прощаться. И тут к озеру подошли Казаки.
«У нас нет лодки, а Гена больше не хочет лезть в воду». Грустно сказал капитан Казаков. «Вот если бы нам вашу лодочку…»
Я гордо отвечаю «Нет». На компромиссы с противником не иду! Пакуем рюкзаки дальше и размышляем над ситуацией. Под замечания команды прихожу к выводу, что погорячился.
- Эй, Казаки! Где ваш Гена? Я накачал лодочку.
Гена садится в лодочку и уплывает в направлении северных островков, указанных Ивчиком. Мы спим вокруг костра, сложенного Казаками, грея один бок и морозя другой. Через какое-то время возвращается замерзший Гена, он тоже ничего не нашел. «Я поплыву!» заявляет, подняв голову, Марек – капитан Казаков. После этого его голова опять опускается на грудь, и он продолжает спать. Периодически, просыпаясь, я предлагаю ему начать плаванье, он соглашается, но продолжает спать. Наконец, пересилив себя, он отчаливает, мы продолжаем спать у костра, однобоко греясь.
Радостные крики извещают нас о том, что он все же нашел КП. Марек возвращает нам нашу прокомпостированную карточку, и мы снова становимся соперникам. Путь к следующему КП идет по песчаным дорогам, ноги довольно глубоко вязнут в песке и идти тяжело. Казаки уже не бегут, но идут быстрее нас и скоро скрываются в темноте. Мы идем, пытаясь проснуться, но глаза в основном закрыты. Дюша пытается спать лежа поперек дороги, но мы не даем. Впереди Серега пытается найти кратчайший путь. Пару раз мы идем напрямик, через ельники, и за счет этого приходим на следующее КП одновременно с Казаками.
Ко всеобщему удивлению застаем на КП Перваков и Эксов, спокойно попивающих чай. Мы думали, что они далеко впереди, они думали, что мы продолжаем спать у озера. Опять накал страстей, каждая команда хватает по двадцатиметровой жерди (тяжеленная штука) и идет к следующему КП – переправе через болото.
И даже в болоте проявилась великолепная работа нашего ориентировщика. Забросив массивную жердь подальше в болото, переходим его по колено вброд вслед за Серегой, уткнувшимся в карту. После болота мы опять первые, это придает нам сил. В спину дышат Казаки, но у них кто-то разучился ходить и они отстают. На рассвете выходим на КП «Прижим» - необходимо преодолеть реку в месте, где течение очень сильно, не выйдя из узкого коридора.

Прижим
Сажусь в лодочку и интенсивно работая веслом от туристской байдарки, с первого раза пересекаю реку в заданном коридоре. Это весло, которое Ивчик тащил через все леса, залог нашего успеха на этом этапе. Команды, не несущие весел, пользуются подручными средствами. Это годится на тихой воде, но с сильным течением веточкой с пластиковой бутылкой не справиться. Поэтому есть реальная надежда, что этап затормозит наших преследователей.
Ширина речки – метров 20, но реально глубоких всего метров пять. Далее дно резко поднимается, но с берега этого не видно. Чтоб меня не вынесло течением из коридора, мне приходится выскакивать из лодочки в десяти метрах от берега и дальше вброд. Вторым переправляется Серега – я перетягиваю его, с трудом преодолевая течение. Затем в лодку садится Дюша, Ивчик грузит его рюкзаками, лодка напарывается на корягу и начинает тонуть прямо под берегом. Дюша успевает выскочить обратно.
А на том берегу уже толпятся Казаки, Гена пытался преодолеть реку вплавь, но сильным течением и холодной водой его выкинуло на берег обратно. Эксы и Перваки, толкаясь на узком мыске, готовят свои плавсредства.
И что же делать? До финиша осталось несколько КП и порядка 20 км, если нам удастся сохранить этот небольшой отрыв, то мы первые. Решаем переправляться «так». Рюкзаки засунули в гермомешок, Ивчик разделся, схватился за веревку и прыгнул в воду. Он довольно быстро понял, что может встать, но продолжал тащиться в ледяной воде, чтоб не выдавать соперникам брод. Я вытянул его на этот берег, Дюша выбрал веревку обратно. Но раздеваться не спешил и на наши крики «давай быстрей» не реагировал. Лезть в воду ему не хотелось. Что ж, конец октября не лучшее время для купания.
С того берега прозвучал вопрос судьям: «А будет ли наказываться взаимодействие команд?» Судьи взаимодействие разрешили. Дюша прицепил нашу веревку к лодке Эксов и скомандовал: «Выбирай! Следующим рейсом они перевезут меня». Негодуя, я вытянул чужую лодку, затем переправили Дюшу. Его неспортивное поведение подарило соперникам минимум полчаса. Из чувства солидарности Эксы перетащили так же лодку Перваков, те потом одолжили свою лодку Казакам. Все конкуренты тут же оказались у нас на хвосте, через пятнадцать минут Эксы вырвались вперед. Призрачные надежды на первое место рухнули.
Подъем на берег оврага по бревну и мы идем к следующему КП. Оно размещено где-то в лесу на той стороне реки. На ту сторону можно перейти по мосту, но дальше движение по лесу без просек и ориентиров. Серега предложил хорошую идею – идем по нашему берегу по хорошим дорогам до четкого ориентира, затем он переправляется на ту сторону и отмечается на КП. Всю дорогу думаю, как его переправить через реку – лодки ведь уже нет. Когда наступает момент переправы, решение готово: «Серега, раздевайся, и плыви, нафиг, на тот берег!»
Через 20 минут он возвращается и говорит, что КП с судьями, и они желают видеть всю команду. Делать нечего – раздеваемся и плывем туда и обратно. Солнышко уже вышло, и плыть не страшно. За несколько минут перед нами на КП отметились Эксы.

Овраг
И вот мы на последнем перед финишем КП – преодоление оврага по наклонным деревьям. От КП до финиша чуть больше километра, так что расстановка команд определена. Когда мы подбежали к КП, Эксы уже опутали дерево на нашей стороне веревками. Они вполне реализовали полчаса, щедро подаренные им Дюшей на переправе. Не хочется проигрывать перед самым финишем, но я понимаю, что сделал все, что мог, так что проигрывать не обидно.
Между тем первый Экс вылез на ветку, простирающуюся в 20 м над дном оврага, и продолжает опутывать ее веревками. Снаряга кончилась, и он попросил второго поднести ему на ветку еще. Этап оказался технически и психологически сложным для ребят, страх сковывает их движения и мысли. Наконец второй, сидя верхом на ветке, спускает первого метров на пять вниз, тот, раскачиваясь, дотягивается до дерева, склонившегося с противоположной стороны оврага. Затем он садится на дерево верхом и спускается, осторожно облазя ветки. Достигнув противоположного берега, он натягивает перила, по которым переправляется вся команда. Собрав вещи, они убегают на финиш.
Вся операция заняла у ребят более двух часов, так как мы сидели в очереди, то это время будет вычитаться из нашего. Если мы пройдем этап быстрее, то у нас есть шанс быть первыми. К нам давно присоединились Перваки, у них тоже идет время отсидки. Перваки сильная и опытная команда, всю дистанцию они копили силы для финишного броска, но предыдущее КП, великолепно найденное Серегой, для них было скрытым на час дольше, чем для нас и Эксов.
В нашей команде технически сложные этапы выполнял Дюша, на этот раз он также полез на дерево, захватив с собой пару петель. Страхующий находился внизу, необходимости лезть вслед за первым на дерево не было. Привычка работать на высоте не делает тебя бесстрашным и небьющимся, но позволяет чувствовать себя несколько свободнее. Страхуясь при помощи петель, Дюша аккуратно добрался до разветвления ветки, с которого можно было попасть на нижнее дерево, и спустился оттуда, вися на той же страховочной веревке. Мы выдавали его все с того же места снизу, на этом было сэкономлено куча времени. Дотянувшись до наклонного дерева, Дюша снова реализовал блестящую идею – он не залазил на дерево верхом, а велел продолжать спускать его на той же страховочной веревке, а к дереву он все время подтягивал себя сам, накинутой на дерево петлей. Вот противоположный берег, натягиваем перила и вперед, на финиш. Благодаря Дюшиной смекалке и уверенной работе мы тратим на этап чуть больше часа.
- А страшно было?
- А ты повиси на ветке на уровне седьмого этажа, может прочувствуешь!

Финиш
Всю дорогу до финиша бежим, бухтуя на ходу веревки и волоча болтающиеся усы самостороховок по кустам. Финиш! Судейская комиссия склонилась над карточками команд, мы ходим вокруг, предвкушая победу и боясь сказать об этом вслух. Готов результат: время прохождения дистанции нашей командой с учетом отсидок и штрафов – 33 часа 8 минут. У Эксов на 45 минут больше.
Победа! Дайте кто-нибудь закусить!
Прибегают Перваки – они третьи. Через овраг они переправились на 4 минуты быстрее нас, но это их не спасло. Казаки, задававшие темп пол дистанции, выдохлись за несколько часов до финиша. В результате заблудились где-то уже перед последним КП, переправа через овраг заняла у них тоже больше двух часов. Они четвертые.
Для остальных команд последний этап отменили как слишком сложный.
Чувствую невероятное удовлетворение. Противники были сильнее, у них было тактическое преимущество – они шли по нашим следам, экономя силы, и выскочили из-за нашей спины перед финишем. Наша команда работала на износ, пытаясь выдержать темп, большую часть гонки лидировали именно мы. Времени присесть, перекусить, переодеться в течение полутора суток просто не было. Накопилась огромная физическая и психологическая усталость. Я не уставал раньше психологически, когда не боролся за первое место, а боролся просто с теми, кто рядом в этот момент. Гонка на результат это совсем другое. Но награда! Победа, про которую боялись и думать, наша!
Лавры стоят пота.

 

Ваше имя:
Ваш email:
Текст комментария:
Введите код на картинке: