Транс или реквием по трансу
«Как-то сказал: хороший трек должен быть грустным. Хотя бы немного, намеком. Потом стал думать, почему. По-настоящему сильный человек не нуждается в том, чтобы доказывать кому-то свою силу. Нет в трансе агрессии, в том трансе, которым я дышу. Есть сила и уверенность в ней. Есть знание и убежденность. Есть покой строгой и ясной сферы, в которой шарит сознание, мечутся мелодиями мысли, чувства, где я понимаю, что мне верят, что я жив, мечтаю и бьюсь, страдаю и радуюсь безмерно, и не давит никто меня этой высшей симметрией, а так же, как я, осознает её. Созерцает. Вписывается. Гармония ведь, не война…» Psyliker
Изначально транс – это духовная и мистическая музыка, союз западной технологии и восточного мировоззрения, триумф просветлённого духа, вершина самопознания, в каком-то роде и на каком-то этапе.
Но как только он проникает в массы, он становится подвержен самым различным влияниям и претерпевает разнообразные изменения, изменения эти порой столь радикальны, что от прежнего целеустремлённого и мистичного транса остаётся лишь одно название и жалкие фрагменты, обрывки былого величия и мощи. Под натиском моды и популизма он превратился в светскую музыку, его вытащили за барки из андеграунда, помыли, причесали, сняли с него лохмотья странствующего дервиша и одели его по последним веяньям моды, его начали учить светским манерам и такту, баловать, ему стали платить и научили его торговать собой и, таким образом, изуродовали его внутреннюю суть, превратив его в очередного буржуйского слугу, который внимательно следит за настроением толпы и исполняет все её прихоти (естественно не бесплатно). Такая печальная доля постигает практически всех ангелов просветления. Сначала они прячутся по подвалам и проповедуют свободу и истину, они не подкупны в это время и безжалостно сметают любые предложения сомнительных компромиссов, но коль скоро приходит популярность – они не выдерживают и падают её жертвами, и становятся рабами, красивыми, выхолощенными лакеями, придворными музыкантами и художниками, свободными аж на всю длину хозяйского поводка, и что самое печальное – довольные своим сытым существованием.
Иван Славинский