|
От редактора |
|
Если кто не понял, это (на фото) — не Урюпинск. Это Киев. Тем не менее и я, вслед за Борисом Битнером, готов утверждать: в Украине есть Урюпинск и, может, даже не один. Попасть в него удается нечасто. Но, к примеру, вечером 6 июля всем неленивым киевлянам (а также, как некогда принято было говорить, гостям столицы), готовым отъехать от центра города на какие-нибудь 20 км, такая возможность представилась. Итак: окраина Киева, вечер (по классике, конечно, надо бы — ночь, но...) накануне Ивана Купалы. Народ гуляет — типичнейший, уверяю вас, Урюпинск! Доводы? Пожалуйста. О политике за несколько часов никто из сотен собравшихся не заикнулся. Погода — что надо: единственный ясный вечер за всю неделю. Пляски, песни на любой вкус. Сюда же добавим “полное отсутствие национализма и языковых барьеров”: аккордеонист наяривает не только украинские народные, но и “Семь сорок”; пара компаний, целиком состоящих из правоверных мусульман, с удовольствием на один вечер примыкают к язычникам. Да, народ не поголовно трезвый. Но — не буйный. А потому есть то главное, о чем говорит трижды правый г-н Битнер, — душевное спокойствие. В общем, все — в Урюпинск! |
Очень я любил в застойные годы анекдот про город Урюпинск. Для тех, кто по возрасту не застал или не помнит, в чем суть, — напоминаю. Студент сдает научный коммунизм (дисциплина удалена из новых учебных программ как не имеющая предмета исследования. — Ред.) на первом курсе. Ни в зуб ногой. Профессор спрашивает его: “Кто такой Маркс?” Студент не знает. “Ленин? Брежнев?” Аналогично. “А про КПСС что-нибудь слышали?” “Нет.” “А откуда же вы такой взялись?” “Из Урюпинска”, — отвечает студент. Профессор мечтательно поднимает глаза к потолку и говорит: “А может, бросить все на х...р и уехать в тот Урюпинск?”. Объясняю. В Украине есть город Урюпинск. И я там был. Случилось так, что несколько дней я провел в Западной Украине. Семья отдыхала в Закарпатье. Хороший санаторий. Прекрасные, гостеприимные люди. Полное отсутствие национализма и языковых барьеров. Великолепный климат. Низкие цены в кафе и ресторанах и превосходная интернациональная кухня. Вполне терпимый сервис. Чувствуешь, что находишься на присоединенных территориях, которые значительно меньше “корчились” под большевиками, чем остальная часть страны, которой повезло меньше. Не шучу: “тлетворное влияние” Запада полностью искоренить (в “большевистские” времена. — Ред.) не удалось. Новостных программ нет, только развлекательные спутниковые: фильмы, пляски, песни. Все пьют воду, гуляют в парке и никуда не торопятся. Застой желчи в печени и образование камней в почках ликвидируются. Мозг отдыхает. Все политические и экономические новости или доходят с опозданием, или вообще не доходят, и местную публику это мало волнует. Заразительное, надо сказать, состояние. Вокруг кипит стройка. Расстраиваются бывшие здравницы всесоюзного значения. Строятся частные дома и гостиницы. В горы карабкаются подъемники — растут новые горнолыжные курорты. В девственных закарпатских лесах, на берегах сохранивших прозрачность и чистоту речек притаились комфортабельные турбазы с полным сервисом и изысканной анонимностью. Тут и вырытые посреди цветущих полей “копанки” — рукотворные пруды, полные карпов, и форелевые озерца, и конные выезды на подозрительно породистых, неподкованных жеребцах, и бассейны с подогревом. Деньги инвесторов идут в Закарпатье полноводным потоком. Народная молва, правда, знает этих таинственных инвесторов по именам. Но народная молва — не документы, и я не могу с уверенностью утверждать, что и кому там принадлежит. Но, как доподлинно известно, народ не дурак, и правду от него не скроешь. Звучат громкие имена, опускаются фамилии — к чему фамилии, если народ знает своих героев и по телевизору (у кого есть украинское телевидение) видит их ежедневно. По мне, это даже хорошо, хоть и не очень справедливо. У земли появляется хозяин. У местного населения — новые рабочие места. В Закарпатье — зарубежные инвестиции. А то, что они не сильно зарубежные, а очень даже свои, местные, так это пусть волнует налоговую. Но ее, правда, не очень удивишь — есть пара серьезных объектов, построенных руками народа и на его деньги (пардон, на деньги налоговой), для отдыха его слуг-мытарей. Но объекты серьезные. И цены там серьезные — Крым отдыхает. Кстати, стоимость некоторых земельных участков в этом благословенном краю запредельная. И просто так, с кондачка, купить (арендовать) землю в Закарпатье не получится. Разбросанные по склонам гор аккуратные домики в европейском стиле обставлены частоколом из фасолевых “тычек”, увиты плющом и цветами. По воскресеньям народ толпами валит в церковь. Часовенки, кресты у дорог. Ранний отход ко сну. Затягивает патриархальный уклад, господа, затягивает. Говорят, что высокогорные села живут гораздо беднее. Во всех странах горцы так и живут: мало земли — только овцы и козы. И душевное спокойствие. А это, уж поверьте, за деньги не купишь. Народ, правда, пьющий. И сильно. Но не вместо, а после работы. Сложившееся мнение несколько подпортили выборы мэра в Мукачево. Город маленький — страсти большие: компромат, похищения членов штабов, взрывные устройства. Об этом нам поведал один из высоких милицейских чинов — милейший, кстати, человек, с которым мы аппетитно пили водку в прекрасном ресторанчике, скрытом в горах. Рассказ его был почти лишен эмоций, спокойный и размеренный. Хотя, в силу должности, он со всем этим и возился. Спокойствие, только спокойствие, как говорил Карлсон. А он, как известно, жил на крыше, т.е. почти в горах. А мы, находясь рядом с центром событий, ничего не знали. И ничего не узнали бы, не расскажи нам об этом гостеприимный хозяин. Урюпинск. Кстати, о Мукачево. Я последний раз был там в 1979 году. Теперь это другой город. Маленький, компактный центр, выложенные брусчаткой торговые улицы. Гостиница “Звезда”, в которой я был нещадно кусан клопами в далеком 79-м, превратилась в шикарный 4-звездочный отель. С полными иностранными инвестициями, разумеется. А какой кофе варят в маленьких здешних “кав’ярнях”! Какие плюшки с фруктами там подают! Вспоминается Вена. Не по ценам — по вкусовым ощущениям. И по спокойствию на улицах. Прямо-таки начинаешь сомневаться: запад это Украины или восток Австрии? И хотя я (не расслабляйтесь!) прекрасно понимаю, что положение в Закарпатье не лучше, а, скорее всего, хуже, чем во многих частях нашей географически удачно расположенной родины, сама иллюзия благополучия дорогого стоит. Хотя от Львова до Нижних Ворот (село в Закарпатье. — Ред.) не дороги — направления (о, моя бедная подвеска!), хотя огромные трелёвочники режут безупречные склоны гор, оставляя глубокие шрамы на их зеленых щеках. И народ живет, кормясь “от границы”, от персональных “окошек”, созданных знакомыми и родственниками, работающими на таможне и в погранслужбе. И учителя работают таксистами и массажистами в санаториях, и вообще работа — это самое главное, что хочет иметь человек в этом прекрасном краю. Но я благодарен этим нескольким дням в Закарпатье за то, что только по приезду домой узнал, что на рынке продовольствия началась “необоснованная” паника. И в этом, конечно, виноваты не бездари, управляющие страной, а алчные торговцы и коммерсанты. Помните, “Почему помидоры сегодня не рупь, а полтора?”. “В честь нашей встречи, мадам!” (автор, видимо, таки любит Жванецкого. — Ред.)? Что частично сняли обвинения с “козла отпущения”, г-на Козаченко, пожалели, наверное, и сняли прочно сплетенные “лапти”. А г-н Марчук стал министром обороны, что само по себе — неплохое развитие карьеры для бывшего учителя украинского языка и литературы. И что оппозиция, согласная в целом, теперь в целом не согласна. И сахар эти гады продают оч-ч-чень дорого! Сам не знаю, почему. Кто б у них стал покупать дорого, если бы было много и дешево? И вообще: какие экономические законы работают в нашей стране? Спрос рождает предложение? Или предложение рождает спрос? Или они оба кого-то рождают в произвольной очередности и по приказу свыше, как у нас и принято? Четыре дня паузы. Это, конечно, немного. Но лучше, чем совсем без паузы. От Львова до Киева — 6 часов, от Киева до Днепропетровска — еще пять. Welcome home! По дороге домой растет цена на бензин — на 10 центов за 450 километров пути! О, Днепропетровск, родина власти и нефтяных магнатов. В булочной — вздорожавший на 20% батон. Тревожные подвывания с экрана телевизора. Полный писем ящик е-мейла, стопка факсов на столе. Помните, “Парень из преисподней” (рассказ Аркадия и Бориса Стругацких. — Ред.): “Дома, дома”. И все-таки теперь я знаю, что на Украине есть свой Урюпинск. И он не очень далеко. А еще есть такая наука — руматология. Ее даже преподают — в определенного рода учебных заведениях. И к дону Румате Эсторскому (герой романа тех же Стругацких “Трудно быть богом”. — Ред.) эта наука не имеет никакого отношения. К чему это я? Объясню с удовольствием. Но в следующий раз. Потому что это — совсем другая история.
Текст: Борис БИТНЕР |