|
ДОСЬЕ БИЗНЕСа |
|
 Владимир Шевченко, директор Департамента сотрудничества со странами СНГ и РФ Министерства экономики Украины
- Родился: 21 августа 1954 г. в г.Ржищеве Киевской обл.
- Образование: Харьковский авиационный институт, факультет самолетостроения (1977 г.); аспирантура ВНИИ стандартизации общей техники (1984 г.).
- Карьера:
1977-1993 гг. — конструктор, замначальника отдела стандартизации Киевского авиационного производственного объединения им.50-летия Октября; 1993-1996 гг. — начальник Главного управления стандартизации военной техники Госстандарта Украины; с 1996 г. — замначальника, начальник Управления двустороннего экономического сотрудничества с РФ, Белоруссией и Молдавией Министерства внешних экономических связей и торговли; замначальника Департамента международного торгово-экономического сотрудничества, директор Департамента сотрудничества со странами СНГ и РФ Министерства экономики.
- Семейное положение: женат.
- Увлечение: рок-музыка.
|
— Какова ваша оценка итогов двусторонней торговли с РФ за прошлый год? — С одной стороны, итоги относительно неплохие. Товарооборот вырос на 10,4%, причем наш товарный экспорт в Россию увеличился на 15,5%, а российский в Украину — на 7,4%. Среди новых тенденций могу назвать уменьшение объемов поставок российского газа. Если в 2005 г. мы закупили газа на $1,2 млрд, то в 2006 г. — менее чем на $400 млн. Но для меня, как представителя Минэкономики, в большей степени неприятно снижение нашего экспорта мясо-молочной продукции на российский рынок (см. также интервью на стр.136-138. — Ред.). В 2005 г. отечественные экспортеры поставили россиянам мясо-молочной продукции почти на $1,4 млрд, тогда как в 2006 г. — всего лишь на $887 млн. Это очень отрицательная тенденция, так как мы начинаем терять традиционный рынок сбыта, который сложно будет компенсировать. К сожалению, многочисленные переговоры с руководством Россельхознадзора существенно не спасли ситуацию: на сегодня разрешение на экспорт в Россию продукции выдано всего лишь 12 отечественным мясокомбинатам и 6 молокозаводам. — А сколько предприятий экспортировали на российский рынок мясо-молочную продукцию до вступления в силу ограничений? — Я думаю, было примерно 40 поставщиков только молочной продукции. Понятно, что выдача разрешений лишь шести украинским молочным заводам, — это капля в море. Кроме того, настораживает то, что с марта 2006?г. прошло уже 10 месяцев, а никакого движения вперед нет. Относительно мясокомбинатов движение есть — разрешения выдаются. — Насколько обоснованными вы считаете претензии, выдвинутые россиянами к качеству украинской продукции? — Вы знаете, с технической точки зрения, россияне все сделали очень грамотно. Они действительно предъявили нам случаи поставок некачественной продукции, фальсификации сертификатов и т.д. Например, “на переходе таком-то было задержано столько-то фур или столько-то вагонов с мясом в количестве 200 т и т.д.”. Другое дело, адекватность меры, которая была предпринята россиянами. Все-таки упомянутых случаев было не так много — не более 1% всех поставок. Ведь можно было решать эту проблему по каждому отдельно выявленному случаю. Например, запретить экспорт конкретным украинским фирмам. Я до сих пор считаю, что у россиян не было повода вводить эмбарго для страны в целом. — Многие украинские производители прямо говорят, что за этим эмбарго стоят интересы российских производителей мясо-молочной продукции. — За подобными решениями всегда стоят экономические интересы. Ведь вы же понимаете, что в современных условиях развития внешней торговли, потеряв рынок сбыта хотя бы на год, вы уже практически никогда не вернетесь к прежним объемам. Вашу нишу сбыта тут же займут конкуренты. Мы давали поручение нашей торгово-экономической миссии в составе посольства Украины в РФ проанализировать сложившуюся ситуацию, и она сделала вывод, что место украинских сыров на российском рынке уже заняла продукция из Белоруссии и стран Балтии. Плюс небольшой рост и российского производства. — Когда в полном объеме заработает зона свободной торговли между Украиной и Россией? — Я выскажу свою точку зрения. Она отличается от той, которая высказывается в СМИ, и от той, которая часто звучит из уст некоторых высокопоставленных чиновников. Зона свободной торговли между нашими странами де-факто есть. Обратите внимание: гуляет стандартный такой оборот “ЗСТ без изъятий и ограничений”. Давайте разберем это понятие и реально посмотрим, что есть в изъятиях и ограничениях. Так вот, в изъятиях с каждой стороны было всего-навсего по три товара: табачные изделия с обеих сторон, сахар с обеих сторон, российская кондитерская продукция и украинский спирт. По табачным изделиям с обеих сторон и российской кондитерской продукции изъятия уже отменены. Через два года, с 1 января 2009 г., возвращается в режим свободной торговли сахар с обеих сторон и с 1 января 2010 г. — украинский спирт. Таким образом, де-факто сейчас в изъятиях всего два товара — сахар с обеих сторон и украинский спирт. Их доля на фоне $26 млрд товарооборота, которые мы имеем за 2006 г., — менее 1%. С экономической точки зрения это несерьезно. — Но это по изъятиям, а по ограничениям ведь ситуация другая? — Мы уже говорили о мясе, молоке. Сейчас мы ведем переговоры об отмене россиянами правительственного постановления №604, принятого в ноябре 2005 г., по которому россияне в одностороннем порядке вывели из режима свободной торговли украинские карамельные конфеты и патоку. Здесь наши потери ежегодно оцениваются в $80- 90 млн, поэтому есть за что побороться. — Почему тогда Россия до сих пор не ратифицирует Договор о ЗСТ? — Этот документ стал им неинтересен. Многостороннее соглашение о создании ЗСТ стран СНГ было подписано 15.04.94?г. Но в нынешнем виде это совершенно “мертворожденное” дитя. Эксперты поработали пять лет, и 2 апреля 1999 г. был подписан протокол о внесении изменений в этот документ. Де-факто это новое соглашение. Вместе с протоколом оно было ратифицировано всеми странами, кроме Туркмении и России. — Почему? — Россия очень сильно возражала против отмены изъятий в режиме свободной торговли, потому что в этом соглашении было записано, что в течение 12 месяцев после вступления в силу данного соглашения все изъятия должны быть отменены. Кроме того, там была норма по НДС. Схема взимания НДС на тот момент у нас и у большинства стран была по стране происхождения, а у РФ — по стране назначения. Но два года назад россияне перешли на нашу схему. — Но этот договор все-таки действует на временной основе… — Да. И, кстати, российская сторона официально подтверждает, что они руководствуются этим соглашением. Хотя оно им сто лет не нужно, потому что на самом деле мы работаем по двустороннему украинско-российскому соглашению от 24.06.94 г. — Но ведь и это соглашение до сих пор не ратифицировано… — Для вступления этого соглашения в силу должна была быть осуществлена внутригосударственная процедура. Это можно было сделать несколькими путями. Один из них классический — ратификация парламентом. Второй — обмен нотами об осуществлении внутригосударственной процедуры. Вот мы и пошли по второму пути. — Что сегодня обсуждается в рамках ЕЭП, если ЗСТ давно существует между Украиной и Россией? — Сейчас мы работаем в соответствующем правовом поле. Например, есть Указ Президента касательно ЕЭП от мая 2005 г., где сказано, что наша цель — создание ЗСТ в рамках ЕЭП. — Как вы россиянам объясните необходимость создания того, что уже работает? — Очень хороший вопрос. Они иногда действительно смотрят на нас как на импульсивную переговорную команду. В то же время переговорный процесс по поводу ЕЭП со второго полугодия 2006 г. прекратился… Чтобы вы понимали, относительно ЕЭП подписан и ратифицирован один-единственный документ. Это базовое соглашение от 19.09.03 г. Но подписан-то он с оговоркой о том, что Украина будет выполнять требования данного соглашения в рамках, не противоречащих Конституции Украины. Де-факто эта оговорка позволяет нам вести себя достаточно разнопланово. Эксперты четырех стран (Украина, Казахстан, Россия и Белоруссия) по каждому соглашению в рамках ЕЭП провели десятки раундов переговоров. Идея была такая: когда эксперты всех четырех сторон выйдут на полностью согласованный текст, произойдет его парафирование, потом подписание и ратификация. Но мы не парафировали ни одного соглашения. — Каков ваш прогноз будущего единого экономического пространства? — По моему мнению, Россия уже начала понимать, что она, мягко говоря, “запуталась” в идеях создания разных экономических союзов. Смотрите, в чем участвует Россия: СНГ, “братский” таможенный союз с Белоруссией, ЕврАзЭС, ШОС, ЕЭП. Я ездил наблюдателем на последнюю встречу стран — членов ЕврАзЭС, и у меня создалось впечатление, что там проблем не меньше, чем у нас по ЕЭП. Кроме того, я технически не представляю создание подобных союзов с участием Украины, потому что и мы, и Россия идем в ВТО с разными тарифными обязательствами. — Как вы оцените эффективность работы двусторонних правительственных комиссий? — К сожалению, межправительственная украинско-российская комиссия не работала более двух лет. Но — риторический вопрос — кому от этого стало лучше? Хотя объективности ради необходимо отметить, что контакты с коллегами из Минэкономразвития РФ мы поддерживали постоянно и решали некоторые проблемные вопросы. Вместе с тем я очень положительно оцениваю итоги проведенного в октябре 2006 г. заседания Комитета по вопросам экономического сотрудничества. Если говорить о работе комиссии Ющенко — Путин, то последнее ее заседание в декабре 2006 г. закончилось в формате обсуждения.
Беседовал Михаил Бно-Айриян, mihail@business.ua Фото: Кирилл Чуботин |