Василий Хмельницкий — один из тех, кого наши коллеги-журналисты давно окрестили олигархами. По данным из разных источников, “Запорожсталь”, Полтавский алмазный завод, “Киевэнерго”, UMC, земельные участки, распределительные системы Армении — вот отнюдь не полный перечень активов, к которым имеет непосредственное отношение 37-летний глава созданного еще в 1999 г. Центра народной экономики, народный депутат Украины четвертого созыва Василий Хмельницкий. По оценкам независимых экспертов, г-н Хмельницкий входит в первую десятку наиболее состоятельных и влиятельных людей Украины. По мнению БИЗНЕСа, Хмельницкого, хотя он и не принадлежит ни к одному из известных центров политического влияния, можно смело отнести к числу сторонников нынешнего состава Кабмина. В последнее время, по некоторым данным, он тяготеет к сфере влияния нынешнего спикера парламента Владимира Литвина. Бизнес-интересы Хмельницкого, которого некоторые аналитики называют одним из главных идеологов так называемой запорожской группы, могут оказать непосредственное влияние на развитие как отдельных предприятий, так, не исключено, и целых отраслей отечественной экономики.
|
ДОСЬЕ БИЗНЕСа |
|
Василий Иванович Хмельницкий, народный депутат Украины четвертого созыва.

|
— Насколько сильное влияние на украинский бизнес, по вашему мнению, окажут политические риски в 2004 году? — Я, несмотря ни на что, считаю, что 2004 год мог бы стать показательным в плане экономического роста. Рост ВВП уже в первые месяцы этого года — лучшее тому подтверждение. Но этот процесс может несколько замедлиться в связи с предстоящими выборами Президента. То же самое можно сказать и о привлечении в экономику Украины иностранного капитала. Нам придется рассчитывать прежде всего на внутренние резервы. Хотя некоторые бизнес-группы предпочтут переждать выборы по принципу “пусть в следующем году я заплачу больше, но это будет надежнее”, я уверен, что инвестиции в развитие экономики страны от отечественных бизнес-структур в этом году могут составить около миллиарда долларов. — Вы считаете, что на выборах-2004 должен победить кандидат, способный проводить политику нынешнего Президента? — Я не агитирую за какого-то конкретного кандидата на этот пост. Я просто хочу сказать, что именно при нынешней власти правила игры мне, как бизнесмену, понятны. Мне понятна структура власти и сферы ее ответственности. Я уверен, что было бы лучше, если бы такая стабильность сохранялась. Именно поэтому я вхожу в парламентское большинство. Кроме того, я знаю, что некоторые бизнесмены вошли в число так называемой оппозиции только потому, что не смогли найти себе применения в современных условиях. Поэтому сейчас они и рвутся к власти. И именно в этом кроется причина всяческих заявлений о необходимости, например, реприватизации. Их желание очевидно — отобрать и разделить между собой. Это мы уже проходили в начале ХХ века. В случае прихода к власти этих людей можно прогнозировать лишь хаос на ближайшие год-два. — Насколько обоснованны опасения украинских бизнесменов по поводу скупки отечественных стратегических предприятий зарубежными и, в первую очередь, российскими инвесторами? — Все упирается в проблему эффективного собственника. Вряд ли кто-то может стопроцентно утверждать, какой из собственников будет эффективнее: украинец, русский или, допустим, американец. Угрозы экспансии со стороны европейских или американских первоклассных инвесторов, по моему мнению, не существует. Я не думаю, что сегодня они смогут бороться за отечественные крупные предприятия с нашим капиталом, и особенно с украинскими технологиями приобретения активов. Со стороны российского капитала такая угроза в определенной степени существует, потому что тамошние предприниматели, как граждане бывшего СССР, гораздо лучше западных бизнесменов ориентируются в реалиях нашего бизнеса. Сегодня российский капитал буквально хлынул в Украину, взорвал цены и на недвижимость, и на предприятия. Но я считаю, что говорить об этом, как о тотальной экспансии российского капитала, пока было бы сильным преувеличением. — То есть отечественные олигархи способны противостоять внешнему вторжению? Вы ведь один из них? — Меня в прессе почему-то называют олигархом, приписывая мне активы, к которым я не имею ни малейшего отношения (например, к распределительным системам Армении), преувеличивая таким образом мое экономическое влияние. Я заметил, что часто менее состоятельных людей ставят едва ли не на первые позиции различных рейтингов, а более состоятельные в некоторые рейтинги вообще не попадают. На мой взгляд, это происходит потому, что у нас оценивают личное состояние человека или контролируемой им бизнес-структуры просто на уровне слухов: вот, мол, такой-то имеет отношение к такому-то предприятию. При этом не уточняют — что за предприятие, какой у него пакет акций, его ли это пакет вообще или он только взял его в управление либо просто одолжил у какой-то структуры деньги? По-моему, олигархом можно назвать человека, который владеет, к примеру, 50% акций компании, биржевая стоимость которой составляет эдак миллиардов 10 долларов. А знаете, чем украинский олигарх отличается от российского? — Чем же? — Отсутствием денег. — А на ваш взгляд, возможен ли в Украине “поход против олигархов”? — Думаю, у нас это исключено. Во-первых, Украина — демократическая страна, и у нас Верховная Рада обладает большим влиянием. Кроме того, у нас пока большой бизнес вне политики невозможен. Эта связь помогает ему и развиваться, и защищаться. И в настоящий момент реалии таковы, что представители крупного бизнеса практически все сосредоточены либо представлены в парламенте.
"На нашем внутреннем рынке еще предостаточно сфер для вложения капитала, способных при хороших вложениях и эффективном менеджменте принести неплохую прибыль."
— Вы хотите сказать, что условия для развития бизнеса в Украине достаточно благоприятны? — К сожалению, пока не совсем: правила игры на внутреннем рынке еще не сформированы окончательно — некоторые предприятия приватизированы лишь частично, некоторые еще остаются в собственности государства, а отсутствие эффективного собственника сдерживает развитие как отдельных предприятий, так и целых отраслей. Например, если бы все предприятия металлургической отрасли были приватизированы, это позволило бы частному капиталу выработать общие правила игры, например, сообща пробиваться на внешние рынки, бороться с демпингом. Пока таких общих правил нет. Впрочем, меня, как гражданина, полностью устраивает тот факт, что у нас уже есть сформировавшаяся система власти, что каждая из ее ветвей — в первую очередь, законодательная, т.е. парламентское большинство, и исполнительная — выполняют свои функции. Люди набрались опыта, поэтому тенденция развития экономики вполне стабильна. Во всем мире темпы роста ВВП на 6-8% в год считаются очень высоким показателем, а у нас ВВП растет даже быстрее. Но я уверен, что тенденция роста экономики сохранится только в том случае, если не произойдут кардинальные изменения во властных структурах. — Готов ли украинский бизнес к широкомасштабным инвестициям за пределами Украины? — Думаю, пока не совсем. Откровенно говоря, на мой взгляд, в этом пока нет необходимости. На нашем внутреннем рынке еще предостаточно сфер, способных при хороших вложениях и эффективном менеджменте принести неплохую прибыль: земля, пищевая и перерабатывающая промышленность, при определенных условиях металлургия, нефтегазодобыча... Я считаю, что отечественному капиталу нужно сначала закрепиться на внутреннем рынке и только после этого думать о выходе на рынки других стран. — Как вы думаете, чем отличается эффективный топ-менеджер от обычного, каким критериям он должен соответствовать? — Для начала он должен иметь соответствующее образование и опыт работы. И, конечно, желание работать — не столько больше, сколько эффективнее и качественнее. Ведь главная ценность человека, претендующего на роль топ-менеджера, — его организаторские способности. Согласитесь, не всегда человек, который говорит: “Вот, я работал с 8 утра до 8 вечера, я работаю как лошадь”, работает эффективно. По-моему, пусть лучше менеджер работает 4 часа в сутки, а все остальное время хоть в теннис играет, но организует процесс эффективно. Как правило, менеджер высокого уровня — это суперорганизатор, и у него может быть много свободного времени. — Достаточно ли топ-менеджеру просто высокой зарплаты? — Менеджеры бывают разные. Не каждый, например, может генерировать идеи, но при этом может быть хорошим исполнителем — таких нужно обеспечить высокой зарплатой. Есть люди, которые своим трудом приносят предприятию прибыль. Они, по моему мнению, должны получать часть этой прибыли. Чтобы “топ” знал: чем эффективнее и прибыльнее работает предприятие, тем выше его личный доход. А есть совершенно гениальные менеджеры, которые берутся за новое дело, делают его эффективным и приносят сверхприбыль. Таких обязательно нужно брать в долю. Сейчас у нас бизнес развивается достаточно быстрыми темпами, и для эффективного топ-менеджера вполне реально в 25-30 лет стать владельцем пусть небольшой, но доли в компании. — Что, по вашему мнению, является обязательным условием для создания успешного бизнеса? — Ничего сложного здесь нет. Нужно иметь хорошую репутацию, хорошую команду, деньги и много работать. — А что на первом месте — команда или деньги? — На первом месте — репутация и команда. Потому что с плохой репутацией даже с хорошей командой ты ничего не сделаешь, а под хорошую репутацию и хорошую команду можно всегда взять взаймы, и у тебя не будут спрашивать: “Когда отдашь?”.
Беседовал Александр Пишванов. Фото: Геннадий Минчеко |