'Крымские татары: ДИАСПОРА В УЗБЕКИСТАНЕ - 2002'.
Узбекистан, Янгиюль, 5
сентября 2002 г.
Сегодня, спустя 6 лет с момента, когда в соответствие с решением Милли Меджлиса от 23 января 1996 года было образовано представительство Меджлиса крымско-татарского народа по Центральной Азии, можно подвести итог работе, проделанной в рамках этой структуры. И если деятельность представительства Меджлиса, особенно благодаря вниманию крымскотатарских СМИ Крыма, освещалась постоянно, то сегодня будет правильным уделить внимание положению и состоянию диаспоры нашего народа в Узбекистане. Эта не самая большая часть диаспоры, например, в количественном отношении она значительно уступает нашей диаспоре, проживающей в Турции.
Но общеизвестно, что в основном на базе крымских татар, оказавшихся в ходе депортации в 1944 году в Узбекистане и Таджикистане, формировалось и получило своё становление теперь известное всему миру правозащитное национальное движение крымскотатарского народа. После пресловутой реабилитации советским руководством крымско-татарского народа в сентябре 1967 года подавляющая часть соотечественников, выехавших массово в Крым, была в основном именно из этих республик. Своей настойчивостью в возвращении на Родину и восстановлении национальных прав, они спровоцировали яростное сопротивление советского режима, чем продемонстрировали всему мировому сообществу всю лицемерность политики советского государства по отношению к крымско-татарскому народу. В знак крайней формы протеста против этой политики Муса Мамут, вернувшийся в Крым из Янгиюля, в июне 1978 года вспыхнул живым факелом.
Позднее эта часть соотечественников, оседая вокруг
Крыма, составит костяк диаспоры нашего народа в Краснодарском крае и вдоль
черноморского побережья России. Вклад и заслуга этой диаспоры в национальное
движение, особенно её участие в московских событиях 1987 года, забастовочном
движении в знак протеста против не решения национального вопроса комиссией
Громыко в 1988 году, заслуживает отдельной темы. К сожалению, забастовка того
периода пока остаётся темой, не раскрытой на страницах наших СМИ. В тот период
только в Янгиюле в забастовке приняли участие более 900 человек. Сегодня
Узбекистан продолжает оставаться основным регионом из которого депортированные
крымские татары продолжают возвращаться в Крым.
После несправедливо проведённой земельной реформы в
Крыму, которая подавляющую часть крымских татар вернувшихся на Родину оставила
без земельного пая, IV Курултай крымскотатарского народа в Заявлении 'О праве
крымских татар на землю' выдвигает требование 'Создать специальный земельный
фонд для крымских татар, находящихся в настоящее время в местах депортации'.
Это единственно правильное решение, которое, пусть косвенно, но демонстрирует и
заботу о соотечественниках, вынужденных пока проживать в местах депортаций и по
праву вселяет им надежду, что они вернутся.
Но, что реально сегодня определяет общее состояние диаспоры проживающей в Узбекистане, её планы возвращения и возможности связанные с этим?
И сегодня, после падения советской империи вопрос о количестве крымских
татар на пост-советском пространстве или отдельно в Узбекистане пока остаётся
не исследованным. Он продолжает оставаться открытым и вызывает к себе особый
интерес.
Например, в исследовании 'Структура и
миграционные намерения крымских татар Узбекистана', проведённом в Узбекистане в
1997 году Центром социальных и маркетинговых исследований 'Эксперт' (Ташкент,
Узбекистан), утверждается, что численность крымских татар в республике
составляет около 100 000 человек. Из них, как отмечено в исследовании, 73% в
будущем планируют вернуться на родину. Это исследование было проведено в
соответствии с контрактом с Международной организацией по миграции - МОМ
(доктор Франк Лацзко, Будапешт, Венгрия).
В работе Максаковой Л.П. 'Миграция
населения в Республике Узбекистан', изданной в 2000 году, утверждается, что
крымские татары, после массового выезда в Крым с конца 80-х годов, продолжают
жить в Узбекистане в количестве не менее 75-80 тысяч человек. 'В предстоящие
годы - отмечено в книге - они будут продолжать оставаться потенциальным
источником миграционного оттока населения из Узбекистана' (с.49).
Но не вопрос о количестве крымских татар,
проживающих в Узбекистане, должен нас волновать и даже не процент желающих
возвратиться на Родину. Меджлис, в силу сложившихся обстоятельств, а также по
независящим от него причинам, пока не в состоянии предложить соотечественникам
достойной помощи в процессе их возвращения и обустройства на Родине. Одна из
причин - это нравственный уровень стран СНГ, не подающий надежды, что они выполнят свои
правоприемные обязательства перед депортированными в соответствии с подписанным
ими 9 октября 1992 года Бишкекским соглашением. Эти обязательства включают в
себя помощь, которую они обязаны были оказать при возвращении, обустройстве и
интеграции депортированных, желающих вернуться в места, откуда они были
высланы.
Представительство Меджлиса, не питая
иллюзий в отношении организованного возвращения крымских татар в Крым в рамках
Бишкекского соглашения, постоянно доводило до соотечественников в Узбекистане
свою позицию по этому вопросу. Она состоит в том, что в процессе возвращения и
обустройства на Родине им необходимо рассчитывать только на свои силы и
возможности. По инициативе представительства Меджлиса на 4-ой сессии III
Курултая 6 января 2001 года было принято Обращение к соотечественникам,
проживающим на территории бывшего СССР. В этом документе отмечалось, что
стремление соотечественников возвратиться в Крым в силу определённых причин
возможно только в результате их личной инициативы.
Что очень важно, эта позиция помогла развеять миф в сознании многих соотечественников об обязательном восстановлении справедливости в отношении депортированных после падения советской империи при содействии стран СНГ и международного сообщества. Здесь надо отметить, что депортированные, как жертвы геноцида - тягчайшего преступления в истории человечества, имеют полное право на восстановление справедливости, включая организованное возвращение и интеграцию в местах, откуда они были высланы в период сталинского режима. Подобный принцип восстановления справедливости должен был стать естественной нормой нравственного развития независимых государств после распада СССР, громогласно объявивших курс на демократические преобразования и интеграцию в международное сообщество. Но политическая действительность в странах СНГ, где власть практически сохранилась в руках бывшей советской номенклатуры, изменение принципов традиционной геополитики в мире, вполне закономерно превратила в миф все надежды депортированных, а принципы и обязательства Бишкекского соглашения - в фикцию, рассчитанную в первую очередь на сознание демократической общественности мира. В результате подавляющая часть наших соотечественников, руководствуясь принципом 'Къыйналсангъ да, озь ватанъынъда къыйнал!' и ответственностью за будущее своих детей и внуков сегодня собственными силами стремятся вернуться на Родину.
В этой ситуации вопросы, облегчающие процесс возвращения, а значит
и интеграцию в украинское общество той части диаспоры, которая
планирует и возвращается сегодня самостоятельно в Крым, должны
рассматриваться Меджлисом как первостепенные и важнейшие. Главное в этом процессе,
по мнению представительства Меджлиса, чтобы основное условие интеграции
крымских татар в украинское общество (наличие украинского гражданства) могло
быть выполнено ещё на территории Узбекистана, т.е. до возвращения в Крым. Это в
свою очередь, сэкономит им массу времени и средств, необходимых для процесса
адаптации в Крыму. В результате процесс возвращения депортированных будет
сопровождаться меньшим количеством проблем, что положительно скажется на
психологическом состоянии соотечественников, на здоровье всей нашей нации и
конечно, будет служить укреплению общественной стабильности на полуострове.
Логика подсказывает, что вопрос
гражданства депортированных является одним из тех, которые сегодня
значительно облегчают процесс возвращения и адаптации наших соотечественников
на Родине. И этот вопрос, должен пребывать в режиме постоянного внимания
и оперативного принятия решений по нему.
Как показывает практика, наши
соотечественники, зарегистрировавшие украинское гражданство в Узбекистане до 31
декабря 2001 года, значительно уменьшили для себя количество проблем, с
которыми обычно сталкиваются в Крыму возвращающиеся крымские татары, остающиеся
гражданами Узбекистана. Немаловажно и то, что крымский татарин с гражданством
Украины имеет максимальные возможности для реализации своих политических,
социально-экономических прав и интеграции в правовом поле Украины.
Представительство Меджлиса в период реализации в Узбекистане Соглашения по вопросам гражданства для депортированных, объявив его уникальным по своей форме и первостепенным для процесса возвращения и обустройства, активно убеждало соотечественников воспользоваться этой процедурой. Ввиду того, что действие этой кампании было ограничено во времени, представительство Меджлиса постоянно выступало и выступает с инициативой о ее продлении в республике. После окончания 31 декабря 1999 г. первого этапа этой процедуры, под Обращением в адрес Ислама Каримова от 10 января 2000 года было собрано более 4000 подписей. 10 октября 2001 года, за два с лишним месяца до окончания второго этапа, представительство Меджлиса вновь выступило с аналогичным обращением в адрес руководства Узбекистана, в котором была изложена просьба о необходимости продления кампании по вопросам гражданства на более длительный срок.
Общеизвестно,
что с 1 марта 2001 года Украина своим законодательством упразднила все
существовавшие ранее сроки регистрации гражданства Украины в упрощенном
порядке, в том числе и для депортированных крымских татар и их потомков. В
Узбекистане кампанию по выходу из гражданства РУ для депортированных можно
продолжить, не прибегая к заключению нового международного соглашения. Для
этого достаточно продлить сроки действия или объявить бессрочным Указ
Президента Республики Узбекистан УП 2063 от 31 июля 1998 года 'О временном порядке
регистрации выхода из гражданства Республики Узбекистан депортированных лиц, а
также их детей и внуков'.
17 июля в ходе встречи представителя
Меджлиса А.Хамзина с начальником Управления стран СНГ МИД РУ С.Ц.Мирзалиевым
проблема изменения гражданства депортированными была обозначена как одна из
важнейших для репатриации крымских татар. В справке о вопросах и проблемах,
возникающих при возвращении крымских татар из Узбекистана в Украину, которую
было предложено составить представительству Меджлиса в ходе этой встречи,
вопрос о гражданстве был отмечен отдельно, как один из основных.
При этом представительство Меджлиса
считает, что в Узбекистане кампания по изменению гражданства депортированными
должна проходить параллельно с действием готовящегося к подписанию Договора
между Украиной и Республикой Узбекистан о порядке изменения гражданства
гражданами Украины, постоянно проживающими в Республике Узбекистан и гражданами
Республики Узбекистан, постоянно проживающими в Украине.
Эта позиция находит поддержку Посольства
Украины в Республике Узбекистан. Во время встречи А. Хамзина с Послом Украины
24 июля с.г. на просьбу представительства Меджлиса поддержать инициативу о
продлении этой кампании было сказано следующее: 'В данном случае речь идет о
внесении изменений во внутреннее законодательство Республики Узбекистан,
которые могут существенно облегчить процедуру приобретения гражданства Украины
проживающими в Узбекистане депортированными и их потомками, как это было в 1999
и 2001 г.г. Посольство не может иметь каких-либо возражений против таких
изменений, если узбекская сторона найдет нужным их внести, и в этом смысле
поддерживает инициативу Представительства Меджлиса'.
Представительство Меджлиса, в рамках
своих полномочий, определённых Постановлением третьей (внеочередной) сессии II
Курултая крымско-татарского народа 'О неотложных мерах по оказанию содействия в
возвращении и обустройстве крымских татар, вынужденно проживающих в местах
высылки' пыталось максимально их реализовать на практике в условиях Узбекистана.
Положительные результаты были достигнуты, в том числе, и благодаря поддержке
Милли Меджлиса. Но сегодня мы вынуждены констатировать, что Милли Меджлис
особенно после 31 декабря 2001 г. сосредоточил всю свою деятельность только на
решении проблем крымских татар, проживающих в Крыму. В результате, условия
возвращения для крымских татар - граждан Узбекистана (не говоря о процессе
обустройства) сегодня всё более усложняются.
Это особенно хорошо можно видеть на примере нового Закона Украины 'О гражданстве Украины'. Надо отметить, что этот Закон максимально учитывает интересы лиц, имеющих право на упрощённую процедуру приобретения украинского гражданства, в том числе, и депортированных, и по своей демократичности практически не имеет аналогов среди подобных законов в странах СНГ. В этом Законе имеется положение (ст.1), согласно которому 'независимая от лица причина неполучения документа о прекращении иностранного гражданства' даёт право заявителю, выполнившему процедурные обязательства по прекращению иностранного гражданства, предусмотренного законодательством этого государства, не выплачивать консульского сбора при оформлении выхода из иностранного государства, если его стоимость выше минимальной зарплаты, установленной в Украине. В результате гражданам Республики Узбекистан, постоянно проживающим в Украине, в том числе и крымским татарам, предоставляется возможность не выплачивать консульский сбор, равный 100 долларам США, за выход из гражданства Узбекистана, если эта процедура осуществляется через Посольство Республики Узбекистан в Киеве. Эта возможность, даже с учётом всех затрат и времени (не менее 2 лет), необходимых гражданам Узбекистана вначале для получения 'Вида на постоянное жительство в Украине', а затем для регистрации гражданства Украины, является очень ценным моментом в этом Законе.
Но как выяснилось, в силу определённых причин граждане Узбекистана, постоянно проживающие в Украине, в том числе и крымские татары, при регистрации украинского гражданства, не смогут воспользоваться этой возможностью. Они обязаны будут выйти из гражданства Республики Узбекистан через Посольство Республики Узбекистан в Киеве, оплатив консульский сбор, равный 100 долларам США. Этого требует статья 2 действующего с 7 октября 1999 года 'Договора между Украиной и Республикой Узбекистан о предотвращении возникновения случаев двойного гражданства' от 5 декабря 1996 года.
Положения этой статьи сводят на нет весь смысл разрабатываемого в настоящее время Договора между Украиной и Республикой Узбекистан о порядке изменения гражданства гражданами Украины, постоянно проживающими в Республике Узбекистан и гражданами Республики Узбекистан, постоянно проживающими в Украине. И если два этих договора не будут согласованы друг с другом, наши соотечественники - граждане Республики Узбекистан смогут воспользоваться упрощенным порядком изменения гражданства только при условии выхода из узбекского гражданства, а значит - при условии оплаты консульского сбора, равного 100 долларам.
По
мнению представительства Меджлиса, сегодня необходимо выйти с предложением о
внесении соответствующих изменений в 'Договор между Украиной и Республикой
Узбекистан о предотвращении возникновения случаев двойного гражданства' от 5
декабря 1996 года либо о его досрочной денонсации.
Неспособность подавляющей части крымских татар - граждан Республики Узбекистан, вернувшихся в Крым, оплатить эту сумму практически парализует их. Данная ситуация ещё более усугубляется, когда большинство из них не в состоянии своевременно оформить 'Вид на постоянное жительство в Украине' из-за отсутствия у них на руках справки об отсутствии судимости, которую они якобы должны получить ещё в Узбекистане. По информации органов МВД РУ, данный документ может быть выдан заявителю только при наличии официального запроса соответствующих органов Украины. В редких случаях справка выдается без такого запроса. И если органы внутренних дел Украины по каким либо причинам не пожелают делать запрос в адрес МВД Узбекистана, получается замкнутый круг, в котором обречены метаться крымские татары, прибывшие в Крым без таких справок. Эта проблема создаёт ощутимые препятствия для своевременного получения 'Вида на жительство в Украине', без которого граждане Узбекистана, как иностранцы не имеют права на получение всех видов пенсий и трудоустройство и не могут приступить к регистрации гражданства Украины. Всё это в целом создает трудности и не способствует интеграции депортированных крымских татар в украинское общество.
По нашему мнению, требование органов внутренних дел Украины о предоставлении справок об отсутствии судимости, предъявляемое к крымским татарам, носит незаконный характер и противоречит части 8 статьи 9 Закона Украины 'Об иммиграции', которой предусмотрено, что предоставление таких справок не требуется от 'лиц, указанных в пунктах 1, 3 части третьей статьи 4 настоящего Закона'. А это - 'один из супругов, если другой из супругов, с которым он состоит в браке более двух лет, является гражданином Украины, дети и родители граждан Украины' (п.1 ч.3 ст.4) или 'лица, имеющие право на приобретение гражданства Украины по территориальному происхождению' (п.3 ч.3 ст.4). Нам кажется, что практически любой крымский татарин соответствует одному из этих условий.
В
связи с этим представительство Меджлиса настоятельно обращается к Меджлису
организовать проверку законности таких требований и просит юридический отдел
содействовать проведению судебного разбирательства по иску одного из наших
соотечественников к органам внутренних дел о незаконности выше указанных
требований. Это поможет создать необходимый прецедент и послужит тому, что
отдельные работники МВД Украины научатся соблюдать украинское законодательство,
а тем самым - значительному упрощению процедуры получения вида на жительство
для наших соотечественников.
Оценка общего положения диаспоры, особенно процесса возвращения, который в последние годы осуществляется в состоянии капельного режима, будет далеко неполным без анализа событий в жизни нашего народа и национального движения в конце 80-х - начале 90-х годов прошлого столетия. Анализ касается той части диаспоры, которая активно участвовала во всех мероприятиях по возвращению народа на Родину, разработанных в тот период Центральной инициативной группы (ЦИГ), Центральным Советом ОКНД (Организация Крымскотатарского Национального Движения) и Милли Меджлисом но, не добившись положительных результатов, сегодня вынуждена проживать в Узбекистане.
В число этих мероприятий входит массовый выезд соотечественников в Крым, который рекомендовано было предпринять как форму борьбы за свои права в 'Плане мероприятий национального движения крымских татар на ближайшие месяцы' участниками 4-го Всесоюзного совещания инициативных групп Национального движения крымских татар в апреле 1988 год, а также акции самозахватов земельных участков в Крыму в начале 90 годов, организованные Милли Меджлисом. Эта акция была тогда как единственная возможность решить проблему обеспечения жильём депортированных и осуществлявшиеся в противовес яростному сопротивлению властей Крыма, не желавших возвращения нашего народа.
Тогда народ активно поддержал акцию самозахватов, не считаясь с колоссальными расходами для её реализации. Весь семейный бюджет участников этой акции уходил на многочисленные выезды в Крым, организацию постоянных дежурств на самозахватах в течение длительного периода. В этот период семьи крымских татар в Узбекистане, которые были основными участниками этих акций, зачастую оставшись без кормильцев, жертвуя всем, трудились на любой работе и высылали в Крым весь свой заработок. Это делалось ради одной цели: закрепиться на самозахватах, официально оформив участок и начать строительство жилья на Родине. По своей значимости эта акция может быть сравнима лишь с беспрецедентными демонстрациями крымских татар в Москве летом 1987 года. В истории национального движения она останется как политически важное и единственно правильное решение, принятое Меджлисом и осуществлённое им в сложившейся на тот период ситуации.
Но эта акция, совпала с периодом жёсткой инфляции, сопровождавшей после распада СССР, процесс становления независимости бывших союзных республик. В результате многие крымские татары из Узбекистана, израсходовав все свои средства в ходе этих акций, так и не смогли закрепиться на Родине. Теперь ярким свидетельством этому служат тысячи пустых участков или не завершенное строительство жилья на самозахватах в Крыму, хозяева которых в основном пока вынуждены жить в Узбекистане.
На первом этапе после этих акций, не способность Меджлиса оказать помощь тем, кто активно участвовал в них и сегодня вынуждены жить в Узбекистане, можно было понять, и этому имеются объективные причины. Но трудно осознать практически нейтральную позицию Меджлиса в последние годы к принятым в Украине документам, отрицательно влияющим на результативность этих акций. Эти документы, отменяющие силу предыдущих, можно уверенно утверждать, были приняты властями с целью освободить себя от обязательств перед депортированными, взятых в начале 90 годов. Власти Украины в те годы, чтобы сбить накал стремления нашего народа, который практически был готов в подавляющей массе вернуться на Родину, предоставляли депортированным гарантии на получение жилья без выписки из Узбекистана и оформляли прописку фактически на голые участки самозахватов на основании ими же принятых документов.
·
15 марта 1999 года Кабинет Министров Украины
принял Постановление ?375 "Об утверждении порядка обеспечения жильем
депортированных лиц и членов их семей, возвратившихся в Украину, сооружённым
или приобретённым за счёт целевых государственных капиталовложений". П.2
данного документа признал утратившим силу постановлением КМУ 29.05.96г. ?578 'О
Порядке обеспечения жильём, сооружённым за счёт целевых государственных
капиталовложений, депортированных лиц и членов их семей, возвращающихся в
Украину' с изменениями, предусмотренными Постановлением Кабинета министров
Украины от 4 июня 1998 г. ?795.
В этом документе депортированным и членам их семей было обещано решить их жилищные проблемы в рамках отдельного квартирного учёта при условии, что они являются гражданами Украины и имеют постоянную прописку в Украине. В этот период, наверное, масса наших соотечественников в Крыму решили свои жилищные проблемы, получив квартиры. Надо полагать, это произошло не по причине дополнительно выделенных целевых государственных капиталовложений, а за счёт соотечественников из Узбекистана, которые, будучи не в состоянии выполнить условия данного Постановления, были выведены из общей очереди на жильё в Крыму.
После выхода этого Постановления крымские татары, проживающие в Узбекистане, получают из Крыма уведомления за подписью зампредов городских или районных госадминистраций, которые, как правило, возглавляют крымские татары. В этих уведомлениях предлагается, для восстановления в очереди, с сохранением предыдущего времени пребывания на квартирном учёте, зарегистрироваться по месту учёта, с представлением документа, подтверждающего принадлежность к гражданству Украины и архивную справку о депортации.
·
13 марта 2000 года вышел Указ Президента
Украины "О мерах по социально-экономическому развитию автономной
Республики Крым и города Севастополя".
Этот документ, как утверждали в крымско-татарской прессе, возможно и учитывает интересы репатриантов. Но параллельно, он строго рекомендует 'провести инвентаризацию земельных участков',в том числе и самовольно занятых крымскими татарами в период самозахватов. И перед крымскими татарами, особенно гражданами Узбекистана, которые ещё не вернулись на Родину, вновь возведено ещё одно препятствие в их праве на участки, на которых они пытались закрепиться. И можно быть уверенным, что основным условием инвентаризации будет наличие у крымских татар гражданства Украины.
Надо объективно отметить, за весь период действия кампании гражданства депортированных между Украиной и Республикой Узбекистан (с осени 1998 по 31 декабря 1999 г., с осени 2000 по 31 декабря 2001 года), идеальные условия для её реализации были созданы для крымских татар только в Украине. Процесс оповещения по этим вопросам среди депортированных в Узбекистане был проведён благодаря представительству Меджлиса и Посольству Украины, при содействии представительства УВКБ ООН в Узбекистане. Из-за высокого консульского сбора при регистрации гражданства Украины депортированными равного до сентября 1999 года 80$, и сложных условий реализации компании гражданства в Узбекистане большинство соотечественников не в состоянии были зарегистрировать украинское гражданство.
Сложные условия реализации этой кампании в Узбекистане было отмечено на семинаре по вопросам гражданства депортированных для СМИ организованном 26 августа 1999 года в Ялте Крымским отделением УВКБ ООН, представителем УВКБ ООН в Украине Иожеф Дьорке. В семинаре приняли участие Председатель Милли Меджлиса Мустафа Джемилев и его первый заместитель Рефат Чубаров. Также из-за сложной экономической ситуации в республике и низких цен на жилплощадь для этой части наших соотечественников весьма проблематично выехать срочно в Крым и зарегистрироваться по месту учёта на квартиру.
По
мнению представительства Меджлиса, условия постановления КМУ 15.03.99г. ?375 не
должны распространяться на крымских татар, состоявших на квартирном учёте в
Крыму на момент принятия этого документа.
Отдельной оценки требует проблема невозможности своевременно
получить компенсации за проезд и перевозку личного имущества крымскими
татарами, возвратившимися в Крым. Эта проблема приобрела хронический характер,
и наши соотечественники годами не могут получить этих денег. Имеется самая
различная информация о причинах этой проблемы, которая остро нуждается во
внимании Меджлиса. Имеются также факты отказа возвращающимся в Крым
крымским татарам в приёме документов для получения компенсации по причине
отсутствия у них гражданства Украины.
В связи с этим представительство Меджлиса обращается
лично к председателю Милли Меджлиса взять под непосредственно свой контроль
своевременное получение компенсации за проезд и перевозку личного имущества
крымскими татарами, возвратившимися в Крым.
Состояние процесса возвращения диаспоры из Узбекистана и его причины вызывают самые различные оценки у наших соотечественников в Крыму. Их можно представить в широком диапазоне мнений рядовых соотечественников, общественных деятелей, членов Меджлиса и крымскотатарских СМИ Крыма. Они колеблются от искреннего сочувствия и сознания необходимости помочь диаспоре в возвращении на Родину до частных утверждений типа 'кто хотел, уже вернулся', 'вы там выжидаете лучших времён', 'в Узбекистане остались не патриоты'. В статье 'Нашим соотечественникам пора принять решение' (газета 'Голос Крыма' ?13(384) 23.03.01), посвящённой диаспоре в Узбекистане, констатируется, что оставшиеся в Узбекистане соотечественники стали дожидаться лучших времен, надеясь продать подороже свои дома, гарантировать получение земельных участков и пробиться на ЮБК. Мы с уважением относимся к автору статьи Адиль-агъа Сеитбекирову, как журналисту-профессионалу, статьи которого заслуженно являются определяющими вектор нашей крымско-татарской общественной позиции. Именно поэтому представительство Меджлиса считает необходимым высказать и свою точку зрения по этим вопросам.
Утверждения о том, что диаспора из Узбекистана не желает возвращаться на Родину, можно признать обоснованными только по отношению к определённой части соотечественников, кто на самом деле не планируют возвращаться в Крым, кто сегодня больше занят своим обустройством в социально-экономической нише Узбекистана. И надо признать это их неотъемлемое и человеческое право решать личную судьбу, и по этой причине мы не вправе упрекать их в отсутствии патриотизма. Хотя теоретически, большинство из них всегда готовы вернуться в Крым, при условии, если весь процесс возвращения, обустройства и интеграции максимально будет обеспечен на государственном уровне.
Обвинение в адрес остальной диаспоры, тех, кто всегда активно пытался и сегодня стремятся вернуться на Родину, в её желании якобы отсидеться до лучших времён и подороже продать свои дома, а тем более прорваться на ЮБК, просто несостоятельны. Они вынуждены проживать в Узбекистане, поскольку многое зависит не от них. И просто смешно выглядит утверждение, что основная причина их пребывания в Узбекистане состоит якобы в ожидании высоких цен на жильё. В этом плане можно особо не беспокоиться, после распада СССР из-за стабильного выезда части русскоязычного населения из республики, стоимость жилья в обозримом будущем и ещё долгое время будет оставаться хронически низкой. Ибо, по неофициальным данным, не более 20 000 единиц жилплощади всего крымскотатарского населения в Узбекистане практически ничего не значат по сравнению с как минимум 500 000 домов и квартир русскоязычной части, выставленных ими на рынок жилья. И если принять во внимание, что крымским татарам с 1944 года в самых престижных городах Узбекистана отводились для строительства жилья, как правило, непригодные места (в оврагах, вдоль рек, в отработанных карьерах), то стоимость наших домов на рынке жилья будет всегда значительно ниже, чем у остальной части населения.
Работа представительства Меджлиса планируется, исходя из этой действительности. Позиция соотечественников, желающих остаться в Узбекистане, воспринимается нами как их естественное право и личное дело. На данном этапе, независимо от исследований по крымским татарам в Узбекистане, мы не собираемся до хрипоты в голосе оспаривать процент соотечественников, желающих или не желающих вернуться в Крым. Нас больше беспокоит, насколько результативно мы можем оказать содействие нашим соотечественникам, кто на практике сегодня осуществляет своё возвращение в Крым, а также в защите в Узбекистане их политических и экономических прав. Насколько мы способны оперативно определить проблемы, возникающие у соотечественников при возвращении и после него в Крыму. И, что не менее важно, как оперативно сможем убедить и подключить к решению этих проблем официальные власти Украины и Республики Узбекистан и, в первую очередь, Милли Меджлис. Но, как ни парадоксально, именно эта часть диаспоры положениями законодательных актов Украины, принятых в последние годы, сегодня выводятся из очередей на жилплощадь в Крыму и сбрасывается, фактически, как балласт.
Нам трудно
представить, как должен поступить житель Янгиюля Зарединов Энвер, инвалид I группы с 1979 года,
оставшийся из-за трудового увечья без правой руки и правой ноги, в адрес
которого поступило уведомление Бахчисарайской райгосадминистрации с
предложением выполнить условия Постановления КМУ 15.03.99г. ?375 для сохранения
на учёте на получение квартир. Будучи инвалидом, он в начале 90 годов принимал
участие в акциях в Крыму, встал на очередь для получения жилья в Бахчисарайском
районе. Сегодня семья, в которой 2-е несовершеннолетних детей и временно не
работающая жена, находится в трудном материальном положении. По этой причине
они не в состоянии были в своё время зарегистрировать украинское гражданство в
Узбекистане и сегодня однозначно не способны выехать в Крым. Но независимо от
этого Энвер-агъа не теряет надежды на возвращение в Крым и никого не винит в
своём положении. Для этой семьи, как и для тысяч других, продолжающих жить тут,
всё упирается в проблему продажи жилплощади.
Несмотря на сложные условия возвращения крымских татар на Родину, этот процесс носит постепенный и стабильный характер. Согласно информации Государственного департамента статистики Министерства макроэкономики и статистики РУ, в 2001 году из Узбекистана в Украину выбыло 1601 крымский татарин. За этот период прибыло на постоянное жительство в республику 138 человек, положительное сальдо миграции составляет 1463 человека. За весь 2001 год с консульского учёта в Посольстве Украины в связи с переездом в Украину снялись 564 наших соотечественника - гражданина Украины. В итоге получается, что 899 крымских татар вернулось в Крым гражданами Узбекистана.
Именно эта часть соотечественников - граждане Узбекистана
- вызывает у представительства Меджлиса наибольшую озабоченность относительно
её правовой адаптации в Крыму после возвращения. И поэтому мы выступаем за
продление кампании гражданства для депортированных в Узбекистане и прилагаем к
этому все свои усилия, которые возможны в нашей автономной деятельности здесь,
за пределами Крыма.
Нынешнее положение диаспоры в Узбекистане можно
обоснованно рассматривать и как результат эпизодического интереса Меджлиса к её
проблемам, отсутствие с его стороны необходимого внимания к межгосударственным
документам, которые заключаются между Украиной и Республикой Узбекистан.
Следствием такого отношения является то, что, например, положение межгосударственного
документа, юридически обоснованное и нужное, может значительно обесценить
усилия Национального движения в плане возвращения и обустройства крымских татар
на Родине и стремление самой Украины, как это звучит в её официальных
заявлениях, безболезненно интегрировать депортированных крымских татар в
украинское общество.
В заключение хочется подчеркнуть, что деятельность представительства Меджлиса в Узбекистане явилась также и демонстрацией способности системы Курултая организовать в местах депортации нашего народа в самых неординарных условиях работу по защите прав и интересов соотечественников. В результате на государственном уровне Узбекистана отношение к национальной проблеме нашего народа изменилось от позиции 'крымские татары, оставшиеся в Узбекистане, не желают возвращаться в Крым' до вышеприведённого признания в работе Максаковой Л.П. При этом вопросы содействия добровольному возвращению соотечественников на Родину являются основными в деятельности представительства Меджлиса.
Представительство Меджлиса, диаспора в Узбекистане
всегда солидарна со своими соотечественниками в Крыму и с пониманием относится
к сложной ситуации, в которой они оказались в процессе возвращения и
обустройства. Каждый день их пребывания на Родине - это самоотверженная борьба
за восстановление национальных прав нашего народа. Именно с этой позиции
соотечественникам в Узбекистане в открытой форме разъяснялось, что при
возвращении на Родину им необходимо надеяться только на себя и свои
возможности. При этом подчёркивалась полная поддержка позиции Меджлиса, который
любую помощь использует исключительно для обустройства уже вернувшихся в Крым
крымских татар и решения проблем, связанных с ним. Этот сложный период был
особо отмечен УВКБ ООН в издаваемом им журнале 'Интердиалект +' 1997-1998 г.г.,
где отмечалось, что 'лидеры крымских татар уделяют основное внимание не
поощрению дальнейшего возвращения населения, а обеспечению юридических прав уже
возвратившихся' (с. 244).
Но сегодня мы вынуждены констатировать, что
возникновение проблем, усложняющих и без того трудный процесс возвращения и
адаптации наших соотечественников в Крыму, свидетельствуют, что этому
процессу не уделяется достаточного внимания хотя бы в рамках тех требований
документов Меджлиса, которые периодически звучат в адрес официальных властей
Украины. В резолюциях, принимаемых в Крыму в День Национального траура
18 мая, обычно присутствует пункт 'Создать условия для скорейшего возвращения
всех крымских татар из мест депортаций на Родину - в Крым'. Хочется надеяться,
что Меджлис методом мониторинга будет отслеживать условия возвращения
соотечественников и их адаптации в Крыму, исполнение местными властями
законодательства Украины, касающегося иммиграции. Ибо процесс возвращения и
адаптации, независимо от количества репатриантов и времени, когда он
происходит, должен постоянно оставаться одной из целей национального движения,
пока осуществляется на практике стремление наших соотечественников вернуться в
Крым. Это в свою очередь окажет, и содействие воссоединению семей крымских
татар, вынужденных сегодня в подавляющей своей части жить разделёно.
крымско-татарского народа
по Центральной Азии